MoscowJob.Net logo
новые вакансии новые резюме компании агентства

  ИНФОРМАЦИЯ:

статья № 86
  количество просмотров : 115 
   
категория :  ОБЩАЯ
   
   

 
Москва в XX веке (часть 10)
 

 
Дело об изъятии церковных ценностей


В 1922 г. он как обвиняемый проходит по делу об изъятии церковных ценностей из храма Христа Спасителя. Петр Николаевич был одним из хранителей этих ценностей. Вменяемое им преступление состояло в том, что они, пытаясь сохранить предметы культа, предложили правительству взамен двойное количество драгоценных металлов. Кроме того, они просили прекратить нападки на церковь в прессе. Генеральный обвинитель Бек требовал расстрела.
 
Мужественная позиция на суде Петра Николаевича, который решительно отрицал какую-либо вину за собой и своими товарищами, казалось, должна была осложнить их судьбу, но, как ни странно, привела к обратному результату. Они получили 5 лет тюрьмы, а через год были выпущены на свободу.

В 1924 г., заканчивая свои воспоминания, он напишет: «И вот, переживая настоящее и живя в прошлом, я не могу не благодарить Создателя, что он уберег меня от самого ужасного переживания — угрызений совести — и сохранил еще во мне на 67-м году моей жизни радость бытия и веру, что придут, пусть после нас, лучшие дни, когда наступит действительное равенство между людьми и ничьи интересы не будут приноситься в жертву ни классам, ни партиям».

Он умер в 1937-м, на 80-м году жизни, в своей постели. Он потерял, казалось бы, все — любимую жену, своих детей, из которых рядом с ним остался только мой отец, остальные эмигрировали. Ему самому несколько раз предлагали эмигрировать, но он считал, что должен быть здесь и разделить судьбу своей Родины. Но, утратив все, он сохранил главное — верность себе, достоинство и мудрость.

В ноябре 1902 г. я посетил как-то Ивана Евменьевича Цветкова, только что построившего себе или, вернее, для своей коллекции картин на набережной р. Москвы, близ Храма Христа Спасителя, двухэтажный особняк в русском стиле по рисунку В.М. Васнецова. Из окон его главного зала я залюбовался открытым видом на Кремль и высказал И.Е., что завидую ему, что он нашел такое прекрасное место под выстройку дома. И.Е. поймал меня на слове и предложил указать мне еще лучшее место при условии, что я, приобретя его, построю дом также в русском стиле.





Все участки по набережной




Я согласился, и тогда И.Е. объяснил мне, что все участки по набережной от его дома до площади под Храмом Спасителя принадлежали Н.В. Ушакову и что у него еще остался во владении последний участок, выходящий на эту площадь, на который зарится А.А Левенсон, владелец известной в Москве типографии, купивший соседний, предпоследний участок. И.Е. высказал уверенность, что ежели я не постою за ценой, то Ушаков продаст мне участок, так как Левенсон выжимает у него цену. Я тут же отправился на место. Владелец был удивлен сделанному мною ему предложению, но, посоветовавшись с женой, объявил цену в 70 тысяч рублей. Я согласился, и на следующий же день сделка была оформлена у нотариуса под видом купчей на имя Зины.

Зимой 1905/06 г. я решил приступить к составлению проекта для перестройки нашего дома в Москве с расчетом начать постройку его с весны.

Памятуя обещание, данное мною И.Е. Цветкову, — построить дом в русском стиле и считаясь с тем, что место постройки на берегу реки Москвы, рядом с Храмом Спасителя, и с открытым видом на Кремль обязывает строго отнестись к заданию, я решил объявить закрытый конкурс на составление проекта «доходного дома в русском стиле» и обратился к художникам: A.M. Васнецову и СВ. Малютину, архитектору А.И. Дидерихсу и архитектору- художнику Л.М. Браиловскому с предложением участвовать в конкурсе. Условием составления проекта я поставил, чтобы он отвечал «духу и преданиям Москвы и требованиям современности», при этом для нормировки проектирования я выработал с городским архитектором Н.К. Жуковым, применительно к участку земли, план дома и предложил конкурентам придерживаться его. Первую премию я установил в 800 рублей. И вторую — в 500 рублей, но оставил за собой право личного выбора для постройки любого из премированных проектов. В жюри конкурса я пригласил В.М. Васнецова, В.И. Сурикова, В.Д. Поленова, Ф.О. Шехтеля, И.А. Иванова-Шиц, СУ. Соловьева и СВ. Ноаков- ского, предложенного мне дополнительно Л.М. Браиловским. Первая премия была присуждена A.M. Васнецову и вторая — СВ. Малютину. Л.М. Браиловский был обижен результатом конкурса: за него был подан всего один голос — СВ. Ноаковского. Проект A.M. Васнецова, будучи шаблонным, меня не удовлетворил, и я решил остановиться на СВ. Малютине, поручив ему переработать конкурсный проект.




Проект в стиле русского ампира




На конкурс он представил проект в стиле русского ампира, который, будучи интересным по замыслу, не вполне отвечал первому условию задания. У СВ. сохранился край не интересный красочный эскиз его первого проекта, который, как не отвечающий заданному плану, он не выставил на конкурс, и вот, увидав его у него, я решил, что лучшего нечего и желать. СВ. взял в нем за основу существующую постройку — трехэтажный ящик с небольшими оконными отверстиями, нанес на него четвертый этаж с большими окнами комнат-студий для художников и с интересным балконом под золотым куполом под названием «Беседа Царицы» и пристроил к нему по набережной четырехэтажный особняк и по переулку — особый отлетный корпус со стильно разработанным главным подъездом, богато покрытым майоликовой живописью. Все здание завершалось высокими отдельно разработанными крышами, а стены и фронтоны дома были богато украшены пестрой майоликой. Эскиз получился в высшей степени интересным, красочным и крайне оригинальным — в сказочно-былинном стиле. Я пленился им и договорился с СВ., что он переработает проект, приспособив его к заданному плану. Острый угол к переулку представлял из себя немалое затруднение для его разработки, но СВ. талантливо разрешил вопрос, допустив некоторое уклонение от нормальной архитектурной проектировки, и угол этот получился особенно интересным. Чтобы лучше сообразить общую компоновку отдельных частей здания, СВ. вылепил модель дома из глины. Меня СВ. совершенно захватил своим индивидуальным талантом, и я решил всецело отдаться на его вкус, вводя лишь небольшие коррективы чисто технического или хозяйственного значения. СВ. по разработке проекта в целом приступил к обработке деталей фасада и составлению рисунков для заказа наружной майолики. По его совету я поручил выполнить заказ майолики артели молодых художников Строгановского училища под фирмой «Мурава», не имевших в то время работы и близких, за отсутствием заказов, к ликвидации своего дела. Выбором фирмы мы не ошиблись, работа была исполнена в срок с точным воспроизведением раскраски, согласно данным СВ. рисункам; качество работы также оправдало себя — за пятнадцатилетний период времени не последовало никаких повреждений глазури.




Подержанная артель




С моей легкой руки вовремя поддержанная моим крупным заказом артель пошла в гору и в скором времени развила свое производство. Я лично руководил всеми работами и входил во все детали постройки, целыми днями носясь по всем этажам и не оставляя без личного надзора ни одного места работ. Все работы велись одновременно, и через четыре с небольшим месяца от начала работ постройка была закончена, в конце сентября были сняты леса, и на зиму остались штукатурные работы, настилка паркетов и малярные работы, которые и продлились до марта месяца. Таким образом, в одиннадцатимесячный срок были закончены решительно все работы, и с апреля месяца квартиры были объявлены к сдаче. В мае въехали в дом первые жильцы. Здесь надо отметить, что почти все работы производились не шаблонно. Много было возни с устройством высоких сложных стропил, верхнего света над парадной лестницей и над некоторыми студиями, асфальтовой площадки на крыше дома и купола над центральным балконом. Во всем доме не было допущено деревянных перекрытий и переборок, последние были устроены из двух рядов — вертикальных и горизонтальных алебастровых досок, изготовляемых на особых станках. Полы и панели уборных выложены плитками. Проводка электричества устроена вся скрытая, равным образом замаскированы все водопроводные и канализационные трубы. Вообще, при постройке дома во всех деталях преследовались две основные задачи — солидность устройства и удовлетворение требований эстетики. Эффектной вышла парадная лестница, обслуживающая все квартиры, за исключением нашей, красивы получились ее перила с литым бронзированным фризом, рисунок которого был взят по совету СВ. Малютина с древних барочных украшений. Наша квартира, расположенная в трех этажах корпуса на набережной, обслуживалась своим подъездом. Позднее, когда выяснилась нужда в особом зале для молодежи, к нашей квартире было присоединено подвальное помещение, в котором одно время помещался кружок артистов Московского Художественного театра под названием «Летучая мышь», устраивавший свои закрытые интимные собрания по ночам по окончании спектаклей.
Душа собраний

Душой этих собраний был Н.Ф. Балиев, организовавший позднее свою труппу для публичных спектаклей «Летучей мыши», ставшую вскоре столь популярной в Москве. Для устройства танцевального зала помещение было мною углублено на аршин и по асфальтовой подготовке положен дубовый паркет. Фронтоны на площадь и на набережную облицованы сплошь майоликой, равно как и простенки между окнами 4-го этажа на площадь. Также майоликой украшены перила балконов и углы дома. На коньке крыши над острым углом поставлена золоченая решетка со львами, а над пирамидальной крышей над зеленой башней — золоченый петух.

Художественный критик Сергей Глаголь (доктор Голоушев) посвятил описанию дома особую статью, в которой он отмечал значение постройки в Москве домов в русском стиле. По его отзыву, наш дом в художественно-архитектурном отношении занял следующее место после Ярославского вокзала. По своей оригинальной внешности дом наш в очень скором времени стал из вестей всей Москве и попал, как одна из достопримечательностей Москвы, в путеводитель «По Москве» «Издания М. и С. Сабашниковых.

Отделка нашей квартиры захватила часть лета 1907 г. Салон с панелями и хорами из красного дерева, спальную с нишей и восточную курительную комнату отделывал мебельщик Коршанов, а столовую русского стиля, как и вестибюль, и лестницу, — кустари, выписанные СВ. из Нижегородской губернии. СВ. лично руководил резьбой стен, арок, наличников, столовой мебели и всеми работами по отделке комнат. Стены столовой резались из дуба, а арки, наличники и карнизы — из березы. Посудный лифт для спуска кушаний из кухни в буфет при столовой обделан в виде изразцовой майоликовой печи. Столовая вышла строго стильной. Половина салона от входа с площадки лестницы отведена под кабинет. Красивы вышли хоры с библиотечными на них шкафами и широким под ними камином. В большом окне ниши вставлено цветное, исполненное Строгановским училищем по рисунку Врубеля стекло с изображением «Въезда победителя». Картина Малявина «Мужик» была вделана в стену над письменным столом. Под широким, во всю стену, трапецеидальным окном с зарисованными цветами и арабесками стеклами стояла дубовая, с резьбой, скамья.




Березовая резная арка




Березовая резная арка, с резным окошечком, отделяла от столовой «Думку», на стене которой против арки висело большое синее полотно Рериха — «Заморские гости». Пол столовой — из цельных дубовых брусков. Над обеденным столом во всю длину висела на цепях дубовая резная лампа с фонариками на концах ее, цветными, светящимися гранеными стеклышками по длине лампы и центральным светом над срединой стола, где устроена клетка с освещаемым на стекле рисунком «Жар- птицы». Стену в гостиной занимал большой дубовый резной буфет. Дубовая резная дверь с писаным окошечком вела в небольшую комнатку Ляли, а темная дубовая ниша с красными стеклышками в глубине ее вела в нашу спальную. С площадки лестницы дверь вела в узкую «восточную» курительную комнату с цветным, за дубовой решеткой окном во двор, живописным пестрым купольным плафоном с арабским резным медным фонарем-лампой. На подоконнике широкого окна стояла вывезенная мною из Бухары азиатская медная утварь. В глубине комнаты темного дуба лестница со шкафчиком под ней вела на хоры кабинета. В общем, вся отделка первого и второго этажей с соединяющей их лестницей была интересно задумана и любовно выполнена под непосредственным руководством СВ. Малютина, проявившего не только массу вкуса, но и много практичности.


В.М. ВАСНЕЦОВ И СОЗДАНИЕ ФЕДОРОВСКОГО ГОРОДКА В ЦАРСКОМ СЕЛЕ


На долю В.М. Васнецова, ставшего символом русского национального искусства, выпала долгая и счастливая творческая жизнь. Создатель целого направления в религиозной живописи, основатель нового в русской исторической живописи былинносказочного жанра, он уже в начале XX в. становится признанным живым классиком. Его художественные прозрения 1880—90-х гг. предвосхитили и во многом заложили основы новорусского стиля. «Это художник и большой! Десятки русских выдающихся художников берут свое начало из национального источника — таланта Виктора Васнецова».

Оставаясь в дальнейшем верным своему сложившемуся и глубоко осмысленному художественному методу, В.М. Васнецов не принял и негативно оценил новые течения в искусстве: «Я, как известно, человек Старой Руси, а Новая Русь мне не по сердцу — это тоже своего рода духовное декадентство, захватившее и старцев, и мужей, и почти всех юношей до младенцев включительно!».




Персональные выставки




В этот период он организовал пять своих персональных выставок в Москве и Петербурге, причем первые четыре были целиком посвящены религиозной живописи.

Произведениям Васнецова посвящались не только многочисленные статьи и монографические обзоры, они публиковались отдельными изданиями, в Москве их показывали на специальных чтениях для учащихся, а популярные периодические издания разносили их по всей стране. Поистине всенародной славе художника способствовало также широкое распространение дешевых репродукций и многотысячных тиражей почтовых открыток.

Храмовые росписи Васнецова были признаны эталоном, им подражали, их копировали в десятках и десятках православных храмов. Изучение и копирование религиозных работ Васнецова входило в программу занятий иконописных школ.

В.М. Васнецов был глубоким знатоком древнерусского искусства. В своем знаменитом московском доме-тереме, построенном в 1893—1894 гг., он собрал сравнительно небольшую, тщательно подобранную коллекцию иконописи. Собрание было доступно друзьям и специалистам, более того Васнецов охотно экспонировал наиболее ценные иконы на выставках русской старины .

Хорошо знали и ценили Васнецова при русском Дворе. Сам художник, будучи глубоко религиозным человеком, патриотом и монархистом, не скрывал своих взглядов. 9 июля 1912г. Николай II своим указом возвел В.М. Васнецова и его детей в потомственное дворянское достоинство.

Отдавая большую часть времени творчеству, В.М. Васнецов не оставался в стороне от бед и забот своего Отечества. Во время Первой мировой войны он пожертвовал на нужды раненых и их семей свое ежегодное жалованье в 1500 руб. (получаемое за росписи в киевском Владимирском соборе), передавал свои произведения на благотворительные аукционы, выполнял эскизы для благотворительных плакатов и открыток.

Непререкаемый авторитет В.М. Васнецова в вопросах русского религиозного искусства делал художника особенно желательным консультантом при возведении новых храмов и других зданий в русском и новорусском стилях.




Самый большой комплекс




Самый большой комплекс построек новорусского стиля был сооружен под эгидой последней царской семьи в Царском Селе, а самыми значительными страницами этой каменной летописи, в создании которых принял непосредственное участие Васнецов, стали Федоровский собор и Федоровский городок.

Расположенные рядом с императорской резиденцией — Александровским дворцом Федоровский собор, ставший домовым царским храмом, и городок, объединивший около десятка жилых и хозяйственных зданий, окруженных декоративной крепостной стеной, были построены благодаря исключительной целеустремленности, неутомимой энергии Д.Н. Ломана, а также положению, занимаемому им. Дмитрий Николаевич Ломан (1868— 1918) — полковник Собственного Е.И.В. Сводного пехотного полка (охранявшего царскую семью), офицер по особым поручениям при Дворцовом коменданте, строитель и ктитор Федоровского собора, строитель Федоровского городка, а во время Первой мировой войны дополнительно начальник и уполномоченный по Государыни Императрицы Александры Федоровны Царскосельскому военносанитарному поезду № 143, начальник Великих княжон Марии Николаевны и Анастасии Николаевны лазарета № 17 при Федоровском городке и т.д., серьезно интересовался древнерусским искусством и музыкой, собирал памятники старины, последовательно стремился к внедрению на основе возрождения и творческой переработки древнерусских традиций нового единого русского стиля, охватывающего все стороны среды проживания — от внешнего вида зданий до созвучного ему оформления одежды и предметов домашнего обихода.

В создании царскосельских «русских» построек принимали участие московские церковно-художественные фирмы Хлебникова, Оловянишникова, Мишуковых, фабрики А. В. Голосова,

Н.Т. Стулова и Сапожниковых, иконописная мастерская Н.П. и Г.П. Пашковых, керамический завод «Абрамцево» и многие другие. Одним из наиболее активных помощников Д.Н. Ломана стал директор «Т-ва художественной скоропечатни А.А. Левенсон»

С.С. Ермолаев. В этой лучшей московской художественной типографии был напечатан и упоминавшийся выше альбом, и все другие издания, предпринятые Ломаном.




Строительство у Ломана




За время строительства у Д.Н. Ломана установились тесные связи со многими знатоками и ценителями русской старины, учеными, художниками, коллекционерами, владельцами художественно-промышленных фирм и мастерских. Именно среди них он нашел понимание и поддержку, именно они составили костяк созданного в марте 1915 г. Общества возрождения художественной Руси.

Идейные взгляды Д.Н. Ломана были тради- ционны для его круга — просвещенное самодержавие как основа стабильного развития государства, православная церковь как хранительница национальных устоев и морального здоровья населения, наконец, образованный зажиточный народ — создатель экономического могущества России. На этом фундаменте создавались Федоровский собор и городок, эти положения легли в основу программы нового Общества.

ОВХР возглавил влиятельный придворный, государственный и общественный деятель, знаток и собиратель памятников древнерусского искусства — князь АА Ширинский-Шихматов, но основные заботы по ведению дел ОВХР легли на плечи Д.Н. Ломана. В руководящий орган — Совет ОВХР вошли А.А. Бобринский, В.М. Васнецов, В.Н. Воейков, В.Т. Георгиевский, Н.В. Покровский, А.В. Прахов, М.С. Путятин, Н.К. Рерих, А.И. Соболевский, В.В. Суслов, А.В. Щусев и др.

Всего за период до Февральской революции членами ОВХР стало около 300 человек, но уже список 65 членов-учредителей дает вполне определенную картину его состава — это известные историки, археологи, собиратели, государственные деятели, церковные иерархи и даже князья императорской крови. Москвичи среди учредителей были представлены такими громкими именами, как В.М. Васнецов, В.Г. Глазов, Н.В. Глоба, И.П. Машков, А.В. Морозов, СТ. Морозов, A.В. Орешников, И.С. Остроухое, СП. Рябушинский, А.И. Успенский, П.С. Уварова, В.А. Харитоненко, Н.С. Щербатов, А.В. Щусев. Среди рядовых членов ОВХР также было немало москвичей: Н.С. Емельянов, С.С. Ермолаев, Б.В. Зворыкин, Ф.Я. Мишуков, Н.П. и Г.П. Пашковы, B.И. Педашенко, А.Д. Самарин, Г.В. Сапожников, М.П. и Ф.П. Степановы и многие другие.




Начало публикации




ОВХР начало публикацию памятников древнерусского искусства, провело два конкурса на составление проектов мебели в русском стиле, составило «Азбучный справочник по замене иностранных слов», заложило основу музея русской старины. Среди задач, требовавших первоочередного решения, Общество выдвигало: изучение и охрану русских древностей, возрождение традиций допетровского искусства, развитие народных промыслов, организацию ознакомительных экскурсий для учащихся по русским городам, издание учебных пособий по русскому искусству для школ, широкое внедрение новорусского стиля в государственное строительство.

Февральская революция круто изменила судьбу Д.Н. Ломана и всех его начинаний. Революция звала к целям прямо противоположным тем, что отстаивали члены ОВХР, деятельность Общества стала быстро сворачиваться и окончательно прекратилась в октябре 1917 г. Трагически завершилась жизнь Д.Н. Ломана — он погиб во время «красного» террора осенью 1918 г. В.М. Васнецов сравнительно благополучно пережил кровавое лихолетье и дожил остаток дней в своем доме, который был сохранен и со временем превратился в дом-музей великого русского художника.

Приводимая ниже переписка В.М. Васнецова и Д.Н. Ломана, другие материалы сохранились в двух архивных фондах РГИА (ф. 489 и ф. 793). В этих фондах отложились документы канцелярии Д.Н. Ломана, которая располагалась в Федоровском городке. Все документы публикуются впервые.

Публикуемая в конце по автографу архитектора С. С. Кричинского «Памятная записка» 26 апреля 1916 г. была заслушана на заседании ОВХР, одобрена и направлена в Министерство путей сообщения, откуда последовал ответ о принципиальном согласии с выдвинутыми предложениями, но невозможности осуществить их до окончания Первой мировой войны.

Смета церкви, согласно выраженному указанию Комитета, сокращена профессором А.Н. Померанцевым с 400 000 рублей до 200 000 рублей. При беглом взгляде на эту смету человеку, даже мало знакомому с трудностями церковного строительства, бросается в глаза большой пробел в виде отсутствия ассигновки денег на внутреннее оборудование церкви. А оборудование такой церкви с двумя приделами обойдется до 100 000 рублей.




Затраты на оборудование церквей




Затратив 200 000 рублей на одни стены, ассигновать какие-нибудь 20—30 тысяч рублей для внутренней отделки слишком скромно, так как на эту сумму можно произвести внутреннюю отделку церкви и приобрести церковную утварь только рыночного характера, ничуть не мечтая о том, чтобы выдержать какой-либо стиль.
А потому считаю своим долгом обратить особое внимание Комитета при обсуждении сметы на ассигнование достаточных сумм на внутреннюю отделку.

Одновременно с сим я представляю заявление художественной мастерской Пашкова, а также Гатчинского колокольного завода А.С. Лаврова и вместе с тем довожу до сведения Комитета, что академик В.М. Васнецов изъявил желание принять на себя труд, если к нему обратятся, исполнить две местных иконы Спасителя и Божьей Матери.

Пометы: «Заслушано на заседании. 24/П». «Заслушано в заседании Комитета 30/IV-1910 г.»

РГИА. Ф.489. Оп. 1. Д. 5. Л. 132-132 об. Подлинник.

Заявление члена Комитета по постройке Федоровского собора капитана Д.Н. Ломана 12 октября 1911 г.

Ввиду невозможности быть в сегодняшнем заседании, я считаю долгом письменно подать свое заявление относительно поставленного на повестке дня вопроса о рассмотрении контуров икон, сделанных иконописцем Н.С. Емельяновым. Я нахожу, что решение вопроса об иконописи подлежит обсуждению не всего Комитета, а людей специально знакомых с этим делом. С своей стороны, я предложил бы следующее разрешение этого вопроса, а именно: обратиться с просьбой от лица Комитета к Виктору Михайловичу Васнецову, живущему в г. Москве, прося его взять на себя труд непосредственной корректуры работы Н.С. Емельянова. При получении благоприятного ответа от Виктора Михайловича Васнецова надлежит довести об его участии до сведения его императорского величества и по окончании работ испросить высочайшего соизволения на пожалование ему награды.

Капитан Ломан.

Письмо В.М. Васнецова Д.Н. Ломану г. Москва 5 февраля 1913 г.

Глубокоуважаемый Дмитрий Николаевич,

Приношу Вам искреннюю и глубокую благодарность за присланные 4 тома «Охоты»4. Эти прекрасные книги будут истинным украшением моей художественной библиотеки. Хотя два первые тома у меня уже имеются от покойного Николая Ивановича Кутепова, но не помешают и дублеты, которые детьми моими разберутся нарасхват и с восторгом.




Кафтаны для церковных сторожей




Все думаю о кафтанах для церковных сторожей — кафтан должен быть прост, историчен и красив — задача, как видите, самая трудная. На масленой постараюсь изготовить рисуночки. В настоящее время немного глаза мешают мелкое рисовать, вероятно, натрудил.

За сим, еще раз великое сердечное спасибо за письмо!

Искренно и сердечно Вас почитающий

В. Васнецов.


Письмо правления Товарищества скоропечатни А.А. Левенсон Д.Н. Ломану г. Москва 13 февраля 1913 г.

Предъявитель сего, художник Леонид Александрович Сырнев, рекомендованный профессором живописи Виктором Михайловичем Васнецовым, командируется согласно Вашего разрешения в Царское Село для выполнения художественных работ в церкви Собственного ЕГО ИМПЕРАТОРСКОГО ВЕЛИЧЕСТВА Сводного пехотного полка, коему Товарищество покорнейше просит не отказать в своем содействии по оказанию возможности работ в храме.

Подлинный подписан: Директор правления Т-ва Скоропечатни А.А. Левенсон С.С. Ермолаев.

Письмо В.М. Васнецова Д.Н. Ломану г. Москва 17 декабря 1913 г.

Глубокоуважаемый Димитрий Николаевич.

Крайне и я сожалею, что нам не удалось встретиться ни в Царском Селе, ни в Петербурге, где я Вас усиленно искал и на новой квартире в Казачьем пер., но, очевидно, мне сообщили не тот № дома. Это было часов в 6 вечера, переспросил почти во всех домах и ничего не узнал, телефон тоже ваш не был мне известен, и уехал в великом огорчении. В Царском Селе, благодаря любезности милого князя Михаила Сергеевича, все осмотрел в подробностях — и верхнюю церковь и нижнюю. Впечатление превосходное, а в нижней церкви есть даже преимущества, т.к. там собраны старые подлинные образа. Прошу извинения, что позволю себе сделать некоторые замечания, а именно: позолота в алтаре сплошь не дает должного эффекта, т. к. освещение алтаря слабое и не дневное, а отраженное, золото кажется окраской. Мне казалось, все предметы (интереснейшие!) и общее впечатление выиграли бы, если бы стены оставить белыми, а в средине потолков поместить какие-либо изображения в орнаментальных кругах, например, Отечество, Вседержителя, Знамение, Эммануил и тому подобное — конечно, в стиле древнем. Все же прочее считаю вполне удавшимся. Есть превосходные иконы, хотя подробно их и не помню.




Славные кафтаны




Кафтаны вышли, по-моему, на славу — изящно и скромно, и никакой маскарадности нет, и впечатление церкви дополняют, и дают особенно тонкий художественный оттенок.

Относительно рубашек должен сказать следующее: что цвет их хорош, но для церкви рубашка без кафтана не подходит и дает впечатление слишком не церковное. Впрочем, я, может быть, не так понял, и рубашка предназначается под кафтан; тогда можно признать ее удовлетворительной. Но если, как мне сказали, она предназначается летом заменять кафтан, то она совсем не подходяща и, оставив материю и цвет, следует дать ей тоже форму короткого кафтана вроде того, как на присланном рисунке, или, еще лучше, держаться формы красного кафтана, только укороченного, и убрать нашивки на груди, заменив их пуговками, как показано на рисунке. Так как материя таких кафтанчиков слишком легкая, то подол следует подложить парусиной. Не знаю, достаточно ли ясно я выражаюсь, но таково мое мнение о рубашках.

Сапоги превосходны, и из всех цветов я выбрал два: зеленый (тем.) и темно-желтый, остальные ярки.

Вот мое подлинное мнение.

А жаль очень, что так неудачно сложилось, что мы не виделись.

Искренно и от души поздравляю Вас, дорогой Димитрий Николаевич, с полным успехом исполненного дела и впредь да благословит Бог ваши труды.

Его Превосходительству В.М. ВАСНЕЦОВУ.

Глубокоуважаемый Виктор Михайлович.

Крайне сожалею, что отсутствовал из Царского Села во время Вашего посещения Феодоровского храма. Хотя Вы быши на весьма короткое время, но мне было бы бесконечно важно и дорого выслушать Ваши замечания о деле, на которое, по совести сказать, положил немало сил и труда. Одежда для служащих, изготовляемая по Вашим рисункам, составляет для меня предмет особой заботы.

Не знаю, верно ли понял г. Сырнев замечание относительно рубашек, рисунок его препровождаю при сем с покорнейшей просьбою не отказать возможно скорее дать указание для того, чтобы к приезду их величеств и к предстоящему празднику я мог бы заказать рубашки.

Прошу принять уверения в глубоком моем уважении.


Рисунки одежды




Сделанные Вами рисунки одежды для служащих при Царскосельском Феодоровском соборе удостоились 3 июня 1913 г. высочайшего утверждения, по ним изготовлена одежда, которая в настоящем надевается во время богослужений, причем удостоилась полного высочайшего одобрения.

Об изложенном я счастлив довести до сведения Вашего Превосходительства, зная, как радостен для Вас этот успех русского дела. В настоящее время в Царском Селе сооружаются дома для причта и служащих Феодоровского собора. Эти здания строятся согласно высочайшего его императорского величества указанию в стиле ростовских кремлевских построек XVII века. Дело поручено особому Строительному Комитету.

Воскрешение древнерусского зодчества — дело первостепенной важности и дорого каждому русскому человеку, и для его успеха необходимо, чтобы первые шаги были удачны, для чего сверх самого доброго желания, безусловно, потребны обширные знания в области древнерусского искусства.

В этих видах я вошел со всеподданнейшим ходатайством об образовании особых совещательный заседаний Комитета специально для разрешения вопросов художественно-исторических с приглашением в состав таких совещательных заседаний сверх членов Комитета: Вашего Превосходительства, члена Государственного Совета гофмаршала князя А.А. Ширинского-Шихматова и академиков архитектуры Суслова и Покрышкина, и с предоставлением председательства в них князю А.А. Ширинскому-Шихматову.

Означенное мое представление [26.1.1914] удостоилось ВЫСОЧАЙШЕГО утверждения.

Позволяю себе надеяться, что Ваша любовь к русской древности подвигнет Вас на помощь нашему делу и Вы не откажете в своем просвещенном содействии и указаниях.

Участие в делах Комитета отнюдь не обременит Вас необходимостью приезжать в Царское Село. За Вашими советами и указаниями к Вам будут обращаться в Москву, где в потребных случаях могут быть устроены заседания, на которых Вы, я надеюсь, поделитесь сокровищами Ваших знаний и таланта.




Принятие уверение




Прошу принять уверение в совершенном моем уважении и искренней преданности. Издание это, предпринятое с высочайшего ваших императорских величеств соизволения, взял на себя с полною ответственностью за материальную часть директор фирмы А.А. Левенсона в Москве С.С. Ермолаев.

общее руководство изданием принадлежит гофмейстеру двора вашего императорского величества князю А.А. Ширинскому-Шихматову. Первая книга заключает в себе историческую справку о временном храме Собственного ВАШЕГО ИМПЕРАТОРСКОГО ВЕЛИЧЕСТВА Сводного пехотного полка, краткий очерк постройки собора, описание Пещерного храма и главу о некоторых богослужениях в соборе. Описание Верхнего храма составит вторую часть издания, которую предполагаем выпустить после окончания внутренней росписи собора.

Составление текста первоначально было поручено действительному статскому советнику В.Т. Георгиевскому, а затем передано Б.А. Надеждину. Из работы Георгиевского в книге помещено описание Пещерного храма, а остальные части книги написаны Надеждиным.

Художественную часть редактировал профессор живописи В.М. Васнецов, буквы и заставки исполнены художником Б.В. Зворыкиным, красочные виды собора написаны с натуры художником Л.А. Сырневым.

Все издание исполнено в типографии А.А. Левенсона под непосредственным наблюдением С. С. Ермолаева.

Если бы ВАШЕМУ ИМПЕРАТОРСКОМУ ВЕЛИЧЕСТВУ благоугодно было одобрить представленную книгу, ее предполагается выпустить в самое ближайшее время.

РГИА. Ф.489. Оп. 1. Д.22. Л.23. Черновик с правкой.

Письмо С. С. Ермолаева Д.Н. Ломану г. Москва 13 марта 1915 г.

Сим удостоверяем, что предъявитель настоящего письма, художник Михаил Герасимович Кирсанов, рекомендованный В.М. Васнецовым для написания картины «Приобщение св[ятых] тайн ИХ Величествами», отправляется к месту назначения в Царское Село, и Т-во почтительнейше просит Ваших по сему вопросу указаний названному лицу.

Мне был представлен художником Георгием Павловичем Пашковым эскиз росписи потолка в доме при Государевом Феодоровском соборе. По тщательном рассмотрении рисунка я нахожу, что рисунок составлен с полным знанием дела, художественно и вполне отвечает стилю росписей эпохи русских царей XVI и XVII века.




Незначительные указания


Кроме незначительных указаний в деталях я предложил бы художнику в центральных орнаментальных фигурах, в окраске фона избегать коричневого цвета и заменить его темно-охристым золотистым цветом для большей гармоничности тона общей росписи.

Я предложил художнику также в некоторых необходимых местах скромную разделку золотом.

Во всем прочем проект росписи считаю вполне удачным и отвечающим своему назначению.

Прошу принять уверения в своем совершенном и искреннем к Вам почтении и преданности.

Глубокопочитаемый Виктор Михайлович.

Приношу Вам глубокую сердечную благодарность за то внимание, с которым Вы отнеслись к эскизу, представленному Вам художником Пашковым.

Я позволяю обратиться к Вам с новою просьбою, на исполнение которой надеюсь, зная Вашу любовь к делу.

Вы были милостивы дать рисунок одежды для служителей Феодоровского государева собора, теперь я просил бы Вас дать рисунок для одежды певчих того же храма. Не хотелось бы повторять одежду Московского Синодального хора, тем более, что стоячие воротники мне не нравятся, но желательно, чтобы певчие ГОСУДАРЕВА собора имели одеяние действительно русское.

Прошу принять уверение в совершенном уважении и преданности.

РГИА. Ф. 489. Оп. 1. Д. 31. Л. 5. Отпуск на личном служебном бланке «Штаб-офицер для поручений при Дворцовом коменданте и Ктитор Феодоровского ГОСУДАРЕВА собора».

Письмо В.М. Васнецова Д.Н. Ломану Ваньково-Рябово 31 июля 1915 г.

Глубокоуважаемый Дмитрий Николаевич.

Очень рад церковному делу и с удовольствием займусь составлением рисунка для одежды певчих Государева Феодоровского собора. Конечно, одежды должны быть строго в русском древнем характере, соответственно обстановке храма.

В костюме певчих Московского Успенского собора козыри17 мне такие не нравятся, и я считаю их, как автор, совершенно не удавшимися. Говорил я Филиппу Петровичу Степанову о моем желании устранить козыри, но он почему-то не желает с ними расставаться.
Прошу только Вас отсрочить исполнение рисунка до осени, т.к. на даче у меня не имеется нужного материала, а отыскивать его в Москве для меня в настоящее время весьма затруднительно.




Заказ через представителя




Желаю Вам успеха и всего доброго и хорошего.

Письмо А.В. Голосова Д.Н. Ломану г. Москва 26 января 1916 г.

Его Высокоблагородию полковнику Дмитрию Николаевичу Ломану,

Ктитору Феодоровского Государева собора.

Заказ чрез моего представителя на три перемены одежд для певчих хора Феодоровского Государева собора я получил, за оказанное доверие приношу искреннюю благодарность. В ответ на выраженное Вами желание иметь траурную перемену к 1-й неделе Великого поста имею сообщить, что, как только получу одобрение Виктора Михайловича Васнецова на таковой образец, немедленно Вас извещу, к какому сроку могу исполнить.

Виктор Михайлович Васнецов просит Вас сообщить ему, какое впечатление произвели посланные мною и одобренные Вами два образца одежд, до вчерашнего дня, когда я видел его, от Вас он сведений не имел.

Письмо Д.Н. Ломана В.М. Васнецову

27 января 1916 г.

Низко кланяюсь и сердечно благодарю за рисунки одежды для певчих. Одежда будет изготовляться по Вашему указанию у Голосова. Встречается только большое затруднение с сукном, которого теперь не достать. Поэтому усердно прошу Вас продолжить Вашу любезность и дать указание, как бы заменить сукно парчою и для обыкновенной и для великопостной одежды и где можно будет достать эту парчу.

Ввиду того, что исключительные события всецело занимают время ЕГО ВЕЛИЧЕСТВА, одежду указано представить на обозрение уже в готовом виде на певчих, поэтому очень важно, чтобы к первой неделе она была готова.

Ожидая от Вас ответа, я вместе с тем вновь бью Вам челом, помогите еще во славу русского дела и не откажите дать еще рисунок одежды для домашних слуг и для швейцара.

Прошу принять уверение в глубоком уважении и сердечной преданности.

Милостивый Государь Александр Васильевич.

Полковник Д.Н. Ломан поручил мне уведомить Вас, что он виделся с Виктором Михайловичем Васнецовым и переговорил с ним обо всем, что касается одежды для певчих. А потому не откажите обратиться за всеми указаниями по этому делу к нему.

Примите уверение в совершенном уважении.




Одежды для певчих хора




Его Высокоблагородию Ктитору Феодоровского Государева собора полковнику Дмитрию Николаевичу Ломану.

Ваше Высокоблагородие!

Одежды великопостные для певчих хора Феодоровского Государева собора Виктором Михайловичем Васнецовым утверждены, и к исполнению их я приступил. Две перемены Великопостные из белого сукна будут мною доставлены Вам в Царское Село к субботе на Масленой неделе.

Проект обращения Д.Н. Ломана на имя Николая II

Необходимость иметь при Феодоровском ГОСУДАРЕВОМ соборе постоянных клириков в течение нынешнего года оказалась особенно настоятельной, ввиду отъезда певчих Собственного ЕГО императорского величества Конвоя в Ставку и при невозможности в простые дни и для частных треб пользоваться придворными певчими.

По этим соображениям при соборе содержится несколько человек вольнонаемных певчих. В целях благолепия обстановки богослужений надлежало озаботиться устройством для них однообразной одежды, соответствующей обстановке.

Рисунки такой одежды, по историческим образцам, сделаны В.М. Васнецовым, по этим рисункам и изготовлено пробное платье трех видов: обыкновенное, праздничное и великопостное.

Испрашивается соизволение ВАШЕГО ИМПЕРАТОРСКОГО ВЕЛИЧЕСТВА представить означенные образцы одежды на обозрение.

Полковник Ломан.

Глубокоуважаемый Виктор Михайлович.

Одежда для певчих Феодоровского ГОСУДАРЕВА собора по Вашим рисункам, которые Вы приняли труды сделать согласно моей просьбе, в настоящее время изготовлена, и я буду иметь счастье представить ее образец на одобрение.

Вместе с тем не признаете ли возможным разрешить приобрести подлинники Ваших рисунков для помещения в домах при соборе.

Я вполне понимаю, что эти рисунки Вам желательно оставить у себя для полноты собрания Ваших работ, но обращаюсь к Вам с просьбой об их передаче потому, что для нас бышо бы бесконечно дорого иметь Ваш труд на пользу русского дела, который украшал бы здания, воздвигаемые во имя торжества этого дела.

Буду очень благодарен за сообщение суммы, которая должна быть внесена за передачу рисунков.

Прошу принять уверение в глубоком уважении и искренней преданности.




Постоянное внимание




Искренно почитающий Вас и бесконечно благодарный за постоянное внимание. Письмо В.М. Васнецова Д.Н. Ломану г. Москва 19 апреля 1916 г.

Глубокоуважаемый Дмитрий Николаевич.

Поздравляю Вас с прошедшим Светлым Христовым Праздником!

Христос Воскресе!

Очень извиняюсь и сожалею, что по обстоятельствам не пришлось писать Вам на праздниках.

Буду весьма рад и счастлив, если образцы одежды по моим рисункам окажутся достойными Высочайшего внимания и одобрения.

Что касается Вашего предложения относительно моих рисунков одежды церковных сторожей и певчих, то, конечно, они составляют интерес для меня как автора, но, принимая во внимание цель их оставления и предназначение, я вполне понимаю Ваше желание оставить их при соборе и сохранить; поэтому считаю приятнейшим для себя пожертвовать их безвозмездно для собора или Государевой Палаты, а потому покорнейше прошу Вас принять их от меня в дар учреждению, усердным деятелем которого Вы состоите.

Пожелав Вам здоровья, благоденствия, всякого блага, прошу принять уверение в совершенном и искреннем к Вам почтении и преданности.

Глубокоуважаемый Виктор Михайлович.

Сердечно благодарю Вас за поздравление и шлю взаимное приветствие и самые лучшие пожелания.

С глубочайшею благодарностью принимаем Ваш дар, конечно, он всегда останется историческою достопримечательностью среди предметов, которые будут украшать дома при соборе.

Бесконечно дорого Ваше внимание и доброе расположение к русскому делу, получающему свое развитие в Царском Селе. Для всех, кто трудится в этом деле, Ваше к нему участие является одобрением и источником сил на продолжение работы. Примите уверение в глубоком уважении и совершенной преданности.
Его Превосходительству В.М. Васнецову.

Милостивый Государь Виктор Михайлович.

12-го сего февраля его императорское величество изволил посетить постройку при Феодоровском государевом соборе, причем подробно обозревал трапезную, все прилегающие к трапезной помещения, домовую церковь, помещение ктитора и собранные в нем предметы русской художественной старины.
Отбывая после осмотра, продолжавшегося 1 час. 10 мин., государь император изволил выразить полное свое удовольствие и удостоил присутствовавших самой милостивой благодарности.




Создание русских построек




Вместе с тем государю императору благоугодно было осчастливить потрудившихся над созданием русских построек при Феодоровском государевом соборе нижеследующими собственноручно начертанными знаменательными словами:

«12 февраля 1917 г. осматривал с удовольствием постройки при феодоровском государевом соборе.

Приветствую добрый почин в деле возрождения художественной красоты русского обихода.

Спасибо всем потрудившимся. Бог на помощь вам и всем работникам в русском деле.

Почитаю приятным для себя долгом довести о вышеизложенном до сведения Вашего Превосходительства в уверенности, что слова государя императора явятся лучшею наградою просвещенных трудов Ваших в строительстве при Феодоровском ГОСУДАРЕВОМ соборе и вместе с тем будут для Вас особенно дороги, как исключительный знак внимания с высоты Престола к близкому Вашему сердцу делу воскрешения и развития самобытных начал русского искусства, в котором Вы были одним из самоотверженных начинателей и которому многие годы с честью служите Вашим великим талантом.

Прошу принять уверение в совершенном уважении и искренней преданности и искреннюю признательность за Ваше всегда любезное содействие.

Телеграмма В.М. Васнецова князю А.А. Ширинскому-Шихматову о невозможности прибытия в Царское Село для участия в общем собрании Общества возрождения художественной Руси 19 февраля 1917 г.

г. Москва 18 февраля 1917 г.

Быть не могу, к сожалению. Приветствую и поздравляю всех послуживших словом и делом русскому искусству. Васнецов.

РГИА. Ф.793. Оп. 1. Д.З. Л. 147.

Телеграфный бланк.

За последнее десятилетие в русском образованном обществе начало пробуждаться и развиваться внимание к родной старине и к русскому художественному творчеству.

Переживаемые ныне великие события небывалой в истории борьбы естественно еще усилили это движение в пользу изучения нашей старины и стиля. Однако это лишь начальные попытки в боль

шом деле возрождения русского самобытного искусства и до полного признания необходимости и, так сказать, законченности этого явления еще далеко.




Враждебно настроенные течения




Существуют целые течения, не только враждебно настроенные против возрождения и изучения старины, но даже заранее, без проверки, осуждающие всякие попытки в этом направлении как обреченные на неудачу. Утверждают, что русскую художественную старину возрождать незачем, так как она являет собою этнографическое искусство, закончившее свое развитие ко времени преобразований Петра Великого.

Настоящая записка не имеет целью спорить с противниками русского стиля, доказывать всю жизненность и способность нашего народного искусства развиваться далее. Полная жизненность начал древнерусского художественного творчества и применимость их к нашей современности лучше всего доказываются тем живейшим интересом, с которым начинают изучать все носящее печать русского стиля, многочисленными печатными трудами, обогатившими за последнее время книжный рынок, и, наконец, целым рядом построек как церковных, так и гражданских, которые возникли на наших глазах и по справедливости заслуживают названия стильных русских сооружений.

Однако упомянутые выше мнения противников национатьного направления, как ни печально, укоренились среди наших художников, зодчих и других деятелей искусства и встречают сильную поддержку в печати (например, недавние статьи Александра Бенуа в газете «Речь»). С другой стороны, печать имеет решающее влияние на взгляды большей части общества, которое в свою очередь невольно влияет на правительственную власть.

Действительно, если для примера рассмотреть деятельность одного из самых крупных строительных ведомств — Министерства путей сообщения, то представится следующая картина. Министерство обстраивает своими зданиями всю необъятную Россию, строит на окраинах и в центре, на юге и на севере. Отдавая полную справедливость высокому качеству нашего железнодорожного строительства в смысле конструктивности и прочности сооружений и соответствия их потребностям дела, относительно художественности и красоты их приходится, к сожалению, утверждать обратное.




Станционные и гражданские постройки




Станционные и гражданские постройки наших дорог выстроены во всевозможных и невозможных стилях без малейшей связи и определенного направления, по воле случайных для искусства строителей, видимо, без какого-то ни было художественного надзора и в большинстве случаев без участия лиц с художественным вкусом и образованием. Вследствие этого мы видим на дорогах постройки возведенные по образцу петроградских пригородных дач с безвкусными украшениями из петушков и узоров, подобных вышивкам, в стиле печальной памяти Ропета и Тона, во вкусе швейцарских шале, готических замков, немецкого ренессанса, а за последнее время сплошь применяется немецкий модерн.

Но русского стиля в верном его понимании, т.е. основанного на изучении русской допетровской старины, вы нигде не увидите. Между тем целые области коренной России и по сие время хранят чудные памятники и образцы самобытного русского зодчества. Там и поныне стоят и радуют наш взор своей чарующей красотой храмы, колокольни, монастыри и целые города-кремли. Есть у нас обширный Северный край, где еще недавно строились и созидались местными зодчими-плотниками деревянные сказочной красоты церковки, городки, избы и пр.

Наконец, как мы указывали выше, за последние десять лет возникли и создались на почве строгого изучения старины и любви к старому родному быту многие здания, например, в Петрограде: храм Спаса на водах, Федоровский храм в память 300-летия Дома Романовых у Николаевского вокзала, церковь Св. Николая на 2-й Рождественской ул.; в Царском Селе: Федоровский Государев собор, великолепное здание Ратной Государевой палаты, Трапезная и поселок домов при Федоровском соборе и пр. Эти образцы русского искусства, возникшие на наших глазах, воочию доказали, что возрождение русского стиля возможно и что образцов для руководства при работе в этом направлении имеется достаточно.

В железнодорожном строительстве мы видим применение различных, случайно выбранных стилей, но не случайно постройки, отмеченные особой противохудожественностью своего вида, на обывательском языке именуются «железнодорожным» стилем.




Деревянные постройки железных дорог




Между тем, что может быть ближе к деревянным постройкам железных дорог, чем наше деревянное зодчество средней полосы и севера России, которое зародилось и выросло на этих местах, а следовательно, и с художественной и с технической стороны дает наилучшее решение задачи, тем более что оно наиболее соответствует окружающей природе и виду местности.

Я далек от мысли предлагать насаждение русского стиля исключительно и повсеместно. Зодчество имеет свои законы и свои незыблемые положения, вытекающие из его техники. Оно связано в своих проявлениях материалом, климатом и прочими местными условиями. Нельзя на Кавказе или в Крыму, среди гор или на берегу южного моря думать о здании в русском стиле. Но на этих же основаниях нельзя в Новгородской губернии, на Мурмане или в Ростове Великом возводить готические храмы или ставить египетские стены.

В состав железнодорожных построек по большей части входят небольшие станционные и постовые здания, жилые дома, службы, разного рода пакгаузы, сараи, склады и пр. Станции железных дорог представляют собою ряд поселков и городков, состоящих из небольших, преимущественно деревянных одно- или двухэтажных домиков. Для этого рода зданий, казалось бы, наиболее подходит образ невысоких, необширных палат, теремов и изб.

Что же мы видим в действительности: весь наш великий Сибирский путь обстроен в стиле какого-то несуществующего зодчества — модерна, железные дороги северной и средней полосы, проходящие через колыбель нашего зодчества — через древние области Московскую, Костромскую, Ярославскую, Новгородскую и пр., застроены зданиями во вкусе немецких и швейцарских домов.

Но не одни только домики и избы оставила нам наша старина. Русское зодчество дает прекрасные образцы и памятники больших сооружений, сохранившихся не в одних только церковных постройках. Достаточно указать на кремли наших древних городов, на монастырские и трапезные палаты и т.п.

Министерство путей сообщения строит и наметило к сооружению целый ряд огромных центральных вокзалов: в Петрограде, Киеве, Москве, Екатеринославле и т. д. И из всех этих сооружений

лишь один вокзал в Москве воздвигается в русском стиле, но и этим мы обязаны, как кажется, частному начинанию.




Остальные «бангофы»




Все же остальные «бангофы» строятся и будут строиться где в классике, где в итальянском ренессансе, а где и неизвестно в каком стиле.

Стили всех стран и государств насаждаются на Руси, и только своему, родному стилю, который здесь зародился и составляет одно целое со всем русским, места не находится.

Для характеристики того, как у нас решаются подобные дела, нелишне привести следующую справку. Когда возник вопрос о стиле и составлении проекта Николаевского вокзала, и после того, как были отвергнуты все конкурсные проекты, группа лиц (по существу противников русского стиля) выступила в печати с целым рядом статей с беззастенчивым указанием своих кандидатов и с непременным требованием строить в том стиле, какой наметила группа. Конечно, имена Щусева и Покровского известны русскому обществу, но давление печати на ведомство имело полный успех, и избраны были лица и проекты узкоклассического направления.

Объяснением того, что наши ведомства до сего времени не спешили применять для своего строительства русский стиль, может служить то обстоятельство, что художественное течение, поставившее себе задачей возрождение русского стиля, возникло в недавнее время.

Благодаря милостивому покровительству Государя Императора в разных отраслях нашего искусства был положен почин и оказана поддержка этому течению. Ныне стиль допетровской Руси в целом ряде исследований, реставраций, построек, изданий и пр. получил и получает все более и более полное освещение и утверждение. Возникло Общество возрождения художественной Руси, появились и начинают объединяться целый ряд художников, зодчих и прочих деятелей искусства. Одним словом, возникает целое художественное и умственное течение.

Теперь пора и тем, кто призван нести государственную работу и направлять жизнь страны. уделить внимание этому нарастающему движению, которое имеет все основания сделаться народным.

В прекрасном воззвании Общества возрождения художественной Руси совершенно правильно говорится: «Одним из наилучших средств ознакомления с искусством является наглядность».




Сознание самобытной русской художественной красоты




В стремлении постепенным и нечувствительным образом внушить среднему обывателю сознание самобытной русской художественной красоты наиболее действенным средством бесспорно является зодчество. В древлехранилище надо пожелать войти, чтобы осмотреть собранные в нем образцы; книгу, издание, журнал надо прочесть или просмотреть; но дома, станции, постройки каждый проходящий и проезжающий видит невольно. Этот путь — самый лучший способ насаждения и развития вкуса к русскому самобытному искусству.

Из сказанного я делаю и другой вывод. Желательно и необходимо обратить внимание Министерства путей сообщения на упорядочение художественной стороны ведомственного строительства. Необходимо образовать центральный орган при министерстве, который бы ведал художественной стороной всех возводимых министерством построек с тем, чтобы указывать (предлагать) сообразно с местными условиями, какой стиль следует применить для той или иной местности, отдавая преимущество во всех соответствующих случаях нашему самобытному стилю допетровской Руси.

Осуществление этого важного дела не вызовет почти никаких особых затрат и расходов. Ибо для этого надобно лишь учредить при министерстве должность архитектора-консультанта (замещая ее зодчим, достаточно проявившим себя на поприще русского строительства), одного или двух его помощников (чертежников) и небольшую канцелярию. Считая оклад архитектора 5—6 тыс. руб., оклад помощников и содержание канцелярии — чертежной тоже 5—6 тыс. руб., общий расход ограничивается в сумме около 10—12 тыс. руб. на все строительства министерства. В обязанности этого архитектора-советчика входило бы давать заключения о желаемом виде новых построек, составление в случае необходимости эскизов, рассмотрение и оценка с художественной стороны представляемых проектов гражданских сооружений, ознакомление с производимыми постройками важнейших сооружений на месте работ и пр.

Сама же постройка зданий в русском стиле никоим образом не может удорожить стоимость работ. Кто знает русский стиль, тому известно, что никаких особо дорогих материалов и дорогостоящих устройств он не требует.




Стиль бедной страны




Действительно, стиль наш возник и развивался в бедной стране и вся его красота и прелесть достигнута пропорциями масс, очертаниями крыш и очень богатым по рисунку и разнообразию орнаментом. Все те суммы, которые ныне тратятся на модернистические украшения, порезки, узоры, лепку и пр., в таком же, если не меньшем, размере пойдут на украшения в русском стиле.

Таким образом, казалось бы вполне возможным и правильным все наши вновь строящиеся дороги на севере обстроить домами-хоромами во вкусе деревянного зодчества Архангельской, Олонецкой, Вологодской и других северных губерний; те же образцы применить в северной и средней полосе Сибири, где, кстати сказать, до сего времени сохранились чудные и своеобразные деревянные крепости и острожки XVII в.

Среднюю полосу России, Поволжье, Приуралье и пр. обстроить частью каменными, частью деревянными постройками в духе архитектуры Московской, Новгородско-Псковской и Низовской областей XV — XVII вв. Для Малороссии и Новороссийских степей подошли бы образцы русско-украинского зодчества XVII — начала XVIII в. и русское барокко времен царя Алексея Михайловича.

Степа) Кричинский.

Помета: «Доложено 26 апреля С.С. Кричинским».

РГИА. Ф.793. Оп.1. Д. 17. Л.25-31. Автограф

С.С. Кричинского с большой редакторской правкой Д.Н. Ломана.

Адамович Владимир Дмитриевич (р. 1872), архитектор, с 1900 г. классный художник архитектуры и сотрудник Строительного отделения Московского губернского правления, автор проектов многих московских храмов, частных и общественных зданий.

Адрианов Александр Александрович (1861-1917), генерал-майор свиты Его Величества, московский градоначальник (1908—1915), почетный член Московского столичного попечительства народной трезвости, Московского отделения попечительства императрицы Марии Александровны о слепых и др. благотворительных организаций.

Анисимов Александр Иванович (1877-1939), историк, искусствовед, автор работ по иконописи и реставрации икон, с 1914 г., действительный член МАО.

Антокольский Марк Матвеевич (1843—1902), скульптор, автор скульптурных образов русских исторических деятелей: «Иван Грозный», «Петр 1».


 

 
автор :  архив
e-mail :  moscowjobnet@gmail.com
статья размещена :  20.11.2019 23:03
   
   
версия для печати
   
    
   
НАЗАД
   
НА ГЛАВНУЮ
   
 РУССКИЙ  ENGLISH
 
РАБОТА
добавить резюме
поиск вакансий
новые вакансии
редактировать резюме
удаление резюме
 
ПОИСК
СОТРУДНИКОВ
добавить вакансию
поиск резюме
новые резюме
редактировать вакансию
удаление вакансии
 
КОМПАНИИ - РАБОТОДАТЕЛИ
добавить компанию
поиск компании
список всех компаний
редактировать данные
удаление компании
 
КАДРОВЫЕ
АГЕНТСТВА
добавить агентство
поиск кадрового агентства
список всех кадровых агентств
редактировать данные
удаление агентства
 
 
ОПЦИИ
восстановление
пароля
удаление данных
обратная связь
 
 
ПОЛЕЗНАЯ
ИНФОРМАЦИЯ
Статьи о работе
Статьи о работе - 2
Статьи о Москве
Москва
Московская область
Работа в Москве
Работа в Московской области
Кадровые агентства
Фотографии Москвы
Jobs in Moscow
 
 
 
СОТРУДНИЧЕСТВО
Наши Партнеры
ссылки
 
 
 
НАШИ ПРОЕКТЫ
 
Работа в Санкт-Петербурге и Ленинградской области
Jobs in London
Jobs in New York City
Jobs in New York (mirror)
Jobs in Los Angeles
Jobs in Houston
Jobs in Phoenix
Jobs in Chicago
Работа в России
Работа в России.рф
Работа в Краснодаре
Jobs in India
Jobs in India (mirror)
Новости бизнеса
 
 






на главную опции правила написать нам в избранное о сайте
ссылки статьи

«MoscowJob.Net - Работа в Москве и Московской области»

- бесплатный и анонимный сайт по трудоустройству. Поиск работы и персонала в Москве и Московской области.
Администрация сайта не несет ответственности за объявления.
При копировании материалов - активная рабочая ссылка на сайт обязательна
moscowjobnet@gmail.com
+7(977)787-7020
работа в Москве MoscowJob.Net на Play.Google 
© 2010-2020